Установка Евросоюзом максимальных цен на российскую нефть приведет к разрушению и тотальной перестройке всего мирового нефтяного рынка. От тектонических экономических сдвигов так или иначе пострадают все, но катастрофы не случится: рано или поздно рынок стабилизируется вновь, но прежним он уже не будет. О том, чего ждать России и самой Европе от грядущих изменений, «Парламентской газете» рассказал ректор Российского государственного университета нефти и газа имени Губкина Виктор Мартынов.
— Виктор Георгиевич, насколько решение установить потолок цен на российскую нефть реализуемо на практике?
— Сама по себе установка потолка цен на нефть — это выход на нерыночные механизмы. И полная ерунда с точки зрения долгосрочной стратегии. В рыночной экономике такие схемы и методы функционировать попросту не могут, а значит, и сам рынок при их применении фактически уничтожается. И наступает период беззакония.
— Насколько для нас важен европейский рынок?
— Конечно, европейский рынок для нас важен. До известных всем событий страны Европы составляли порядка половины нашего рынка сбыта. Это было банально удобнее, быстрее и ближе. Были выстроены удобные отработанные логистические маршруты, построены и введены в эксплуатацию трубопроводы. Поэтому говорить о том, что утрата европейского рынка ничем нам не грозит, конечно, не стоит. Другое дело, что ни к каким катастрофическим последствиям это не приведет.
— Какие перемены ждут мировой рынок нефти, если решение об установке предельной цены все же будет принято и вступит в силу?
— Здесь очень важно понимать, что мировое потребление нефти выражается конкретным конечным числом — оно составляет порядка ста миллионов баррелей в сутки. И совершенно ясно, что, несмотря ни на какие внутрирыночные процессы, само по себе потребление и сам по себе спрос никуда не денутся. Поэтому, я думаю, в случае принятия такого решения и прекращения нефтяной торговли между Россией и странами Европы нас ждет серьезная перестройка рынка. Будут меняться логистические цепочки, заново прокладываться маршруты транспортировки, выстраиваться партнерские отношения и союзы и так далее. Основными партнерами Европы станут Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты, Россия, соответственно, переориентируется на Китай, Индию и страны Юго-Восточной Азии. По моим прогнозам, все это продлится около полугода, потом рынок снова придет в норму и стабилизируется. То есть каких-то серьезных, критических перемен ждать не стоит: Европа не замерзнет, наша экономика не рухнет. Но за эти переходные полгода убытки так или иначе понесут все.
— Чем еще будет характеризоваться этот переходный период?
— Еще один аспект — поскольку прежних рыночных механизмов нет, а потребность в нефти никуда не денется, я думаю, значительная часть рынка уйдет в тень. Появятся какие-то спекулянты, посредники, сама нефть будет торговаться и отгружаться в том числе в Европу по «серым» схемам, непонятно через кого и как. Прозрачность сделок будет утрачена абсолютно, а о реальных ценах останется только догадываться.