В нашей стране необходимо выработать систему правил поведения в Интернете, они должны быть «предметом общественного консенсуса». На основе таких правил в России будет сформирован каталог опасного для общества контента, который является первым этапом пропаганды человеконенавистнических установок и вовлечения детей и молодежи в идеологию насилия и радикализма. Какие темы планируется внести в такой реестр в первую очередь и что делать, если соцсети ради погони за коммерческой выгодой отказываются фильтровать неприемлемый контент? Об этом специалисты, эксперты и законодатели говорили 17 февраля на расширенном заседании в Общественной палате РФ, инициированном главой комиссии Совета Федерации по информационной политике и взаимодействию со СМИ Алексеем Пушковым.
Как становятся радикалами
20 сентября 2021 года в Пермском государственном национальном исследовательском университете 18-летний первокурсник открыл стрельбу по студентам — погибли шесть человек, 19 получили ранения. Сам убийца получил пулю при задержании, но остался жив. А накануне трагедии он активно делился в соцсетях своими планами, рассказывал, как приобретал оружие, патроны и как ненавидит людей.
Эксперты считают, что в том, что замысел студента-убийцы был реализован, свою роль сыграл токсичный интернет-контент. Речь идет о содержании сайтов и соцсетевых сообществ, где активно обсуждают насилие и ненависть к людям, втягивая пользователей (прежде всего несовершеннолетних) в сферу влияния того контента, который запрещен в России на законодательном уровне. Это не только вовлечение подростков в откровенный криминал или побуждение их к массовым расстрелам сограждан, но и, например, навязывание детям «права» на смену пола, пропаганда ЛГБТ, попытки легализации педофилии, подробное обсуждение зверских убийств.
Как рассказал на заседании в Общественной палате известный специалист в области кибербезопасности, член Совета по правам человека при Президенте РФ Игорь Ашманов, токсичный контент всегда отравляет реальную жизнь и рано или поздно приводит к радикализации и маргинализации использующих его сообществ. В качестве примера он привел поведение участниц феминистических групп, которые начинались как клубы помощи женщинам, а сегодня открыто культивируют мужененавистничество, а также группы, призывающие отказаться от рождения детей («чайлд-фри»), где младенцев называют «личинками», появление которых отравляет жизнь.
Однако часто такие сообщества является источником хорошего заработка для соцсетей. Поэтому сисадмины неохотно их блокируют. В связи с этим Игорь Ашманов предложил подумать над тем, чтобы установить общественный контроль за интернет-контентом.
«Нам нужна некая этическая платформа, проект по контролю над токсичным контентом, к которому будут привлечены широкие круги общества. Они смогут определять, что в Интернете запрещено, а что нет. Чтобы затем уговорить цифровые платформы, используя инструменты общественного влияния, подписаться под этим», — считает специалист.
С этим согласен сенатор Алексей Пушков — по его словам, нам необходимо выработать систему правил поведения в Сети, которые должны быть предметом общественного консенсуса. «Мы говорим не о стопроцентном консенсусе, которого просто не бывает, но об абсолютном большинстве. Например, о таком, при котором были приняты поправки в Конституцию в 2020 году», — пояснил он.
Токсичный Интернет предлагают маркировать
Результатом общественного этического контроля парламентарии и специалисты видят создание реестра токсичного интернет-контента. 29 января Владимир Путин дал поручение Администрации Президента доложить до 1 июня 2022 года об итогах рассмотрения идеи создания такого реестра для защиты несовершеннолетних.
В связи с этим Алексей Пушков, который в палате регионов представляет Пермский край, сообщил о предложениях из администрации пермского губернатора. В них сформулированы конкретные темы, которые должны быть включены в реестр токсичного контента в первоочередном порядке. Это отрицание и искажение роли СССР в Победе в Великой Отечественной войне, призывы к суициду и популяризация самоубийств, фото и видео, оскорбляющие чувства верующих, распространение недостоверной информации о происшествиях в учебных заведениях, пропаганда националистических призывов и разжигание межнациональной розни.
«Мы готовы на законодательном уровне подключиться к формированию реестра токсичного контента. И предложения администрации губернатора Пермского края очень весомые, их стоит интегрировать в финальные решения», — считает Алексей Пушков.
При этом, как отмечалось на заседании в Общественной палате России, предлагаемый реестр необходимо закрыть для подростков, это должен быть волонтерский проект с привлечением активистов из организаций по кибербезопасности. А представители Роскомнадзора считают правильным обязать владельцев интернет-платформ как минимум маркировать контент, признанный обществом токсичным.
Форма идейной диктатуры
Отдельно затронули тему «правил сообществ» — ссылаясь на них, IT-гиганты блокируют идеологически неугодные каналы и группы. Между тем, уверен Пушков, в подходах к тому, что считать токсичным контентом, у нас с Западом обязательно возникнут «зоны идеологических расхождений». По его словам, сегодня интернет-гиганты не готовы, к примеру, блокировать контент с такой мерзостью, как педофилия, — на Западе уже вовсю выходят статьи в СМИ и в соцсетях, где утверждается, что это не насилие, а лишь одна из форм сексуального влечения. Напомним, что 16 февраля Госдума приняла в третьем чтении поправки в уголовное законодательство, ужесточающие наказание для педофилов.
Поэтому сенатор Пушков убежден: ссылка на «правила сообщества», которые устанавливаются владельцами IT-платформ без всякого опроса пользователей, но при этом используются как обоснование для блокировки или для отказа в блокировке того или иного контента, — «это «лукавая история и обман».
«Все эти «правила» — разновидность цензуры и являются формой идейной диктатуры. Поэтому в России они должны быть поставлены вне закона. А ссылка на них должна вести к автоматическому штрафу» — считает сенатор.
В свою очередь, Игорь Ашманов, реагируя на предложение Пушкова, высказался за то, чтобы ввести в стране практику использования унифицированного пользовательского соглашения для всех интернет-компаний, которые работают в России — в нем, по его словам, должны быть учтены наши законы, а не какие-то «правила сообщества».